Глава ТПП назвал главную проблему работы с Китаем

Российско-китайское сотрудничество переходит в новую, более зрелую, но и более сложную стадию.

Товарооборот между странами демонстрирует уверенный рост. Только за первый квартал 2026 года он увеличился на 14,8%. Однако за цифрами скрываются системные проблемы, которые тормозят развитие двусторонней торговли. Самая острая из них, по мнению главы Торгово-промышленной палаты (ТПП) России Сергея Катырина, — расчеты.

Об этом он рассказал «Ленте.ру» на полях Петербургского международного экономического форума, обозначив также другие ключевые барьеры: перекошенную структуру торговли, перегруженную логистику и трудности с выходом российских товаров на китайский рынок.

Катырин описывает ситуацию максимально предметно:

«Даже когда российская и китайская компании договорились по цене, срокам и товару, сделка может упереться в банковский комплаенс».

Что это означает на практике? Китайские банки, опасаясь вторичных санкций, ужесточили проверку трансграничных переводов из России. В результате:

• банки запрашивают дополнительные документы, подтверждающие конечного получателя и природу товара;

• сроки проверки платежей увеличиваются — иногда до нескольких недель;

• требования могут меняться уже по ходу сделки, что дезорганизует работу.

Для российского бизнеса это оборачивается замороженными контрактами, срывами поставок и необходимостью искать обходные пути (расчеты через третьи страны, криптовалюты или бартер). Ни один из этих вариантов не является ни быстрым, ни дешевым.

Вторая системная сложность — структура двусторонней торговли. Катырин констатирует: китайские поставки в Россию растут значительно быстрее, чем российский экспорт в Китай.

Россия сейчас преимущественно закупает у Китая готовую продукцию, оборудование и комплектующие. Такую модель Катырин считает тупиковой:

«Для нас важно, чтобы сотрудничество не сводилось к закупке готовой продукции. Нужно увеличивать поставки российской продукции с добавленной стоимостью, развивать промышленную кооперацию, совместные производства».

Иными словами, Россия хочет продавать в Китай не только сырье, но и переработанные товары, компоненты для промышленности, высокотехнологичную продукцию. Но для этого нужно решить вопрос доступа на китайский рынок.

Третья группа рисков — логистическая инфраструктура. Эксперт перечислил следующие барьеры:

• перегруженность железнодорожных путей и пограничных переходов;

• дефицит контейнеров и портовых мощностей;

• проблемы со страхованием грузов;

• необходимость прокладывать маршруты через третьи страны.

При этом глава ТПП настроен умеренно оптимистично: «Это решаемая проблема». Действительно, в 2025–2026 годах активно развиваются альтернативные маршруты (включая международный транспортный коридор «Север — Юг»), растет пропускная способность дальневосточных портов, появляются новые логистические операторы. Однако на устранение накопленных диспропорций потребуются годы.

Четвертая, часто недооцениваемая проблема, — это сложность выхода российских товаров на китайский рынок. Катырин подчеркивает: Китай — это не «черная дыра», куда можно бесконечно ввозить что угодно. Это рынок с жесткой конкуренцией, строгой сертификацией и уникальными требованиями.

Особенно остро это касается:

• продовольствия (мясо, зерно, масло, кондитерские изделия);

• косметики и бытовой химии;

• фармацевтики и медицинских изделий;

• промышленного оборудования;

• продукции АПК.

Для успешного входа, по словам главы ТПП, нужен понятный маршрут, включающий:

• регистрацию и получение сертификатов соответствия;

• поиск проверенного партнера / дистрибьютора;

• отлаженные каналы сбыта;

• участие в профильных выставках;

• механизмы защиты интеллектуальных прав и пресечения подделок.

Без институциональной поддержки (торговых домов, агентств, аккредитованных лабораторий) российскому производителю пробиться на китайский рынок крайне сложно.

Что нужно бизнесу сейчас? Резюме от главы ТПП

Сергей Катырин сформулировал запрос российского бизнеса к системе государственной поддержки российско-китайской торговли. Сейчас необходимы:

1. Устойчивые платежные каналы — альтернативные SWIFT системы, межбанковские соглашения, работа с дружественными китайскими банками, не попавшими под санкционное давление.

2. Сервисная инфраструктура — юридическое, страховое, таможенное сопровождение сделок.

3. Проверка контрагентов — доступ к достоверным базам данных, исключающим мошенничество и недобросовестность.

4. Локализация и совместные проекты — перенос производств на территорию друг друга, совместные предприятия.

5. Более сильная институциональная поддержка — отраслевые рабочие группы, торговые представительства, упрощение визовых режимов для предпринимателей.

«Сейчас российско-китайское сотрудничество переходит в более зрелую стадию, — резюмировал глава ТПП. — Бизнесу нужны не просто контракты, а системное сопровождение».

Несмотря на все сложности, двусторонний товарооборот продолжает расти. По данным китайской таможни:

• 2024 год — рекордные 245 млрд долл. (пиковое значение);

• 2025 год — ~228 млрд долл. (снижение на фоне коррекции цен на сырье и логистических проблем);

• 1 квартал 2026 года — 61,3 млрд долл. (+14,8% к аналогичному периоду 2025 года).

Важно, что в первом квартале 2026 года российский экспорт в Китай (33,6 млрд) превышает китайский импорт в Россию (27,7 млрд). Это означает, что сырьевая составляющая (нефть, газ, уголь, металлы, лес) пока доминирует.

Глава ТПП Сергей Катырин дал четкий сигнал российскому правительству и китайским партнерам: без решения платежных проблем и институциональной поддержки потенциал двусторонней торговли не будет раскрыт. Ближайшие 12–18 месяцев покажут, сможет ли «зрелая стадия» сотрудничества превратиться в практические механизмы.

С уважением к Вашему делу, Ника Виноградова

Источник: lenta.ru